Кузнецов Алексей Викторович (alexzgr1970) wrote,
Кузнецов Алексей Викторович
alexzgr1970

Category:

Волонтер на коляске: чиновники не давали пойти в 5 класс, а она закончила 2 вуза часть 1


Дарья МЕНДЕЛЕЕВА

«Когда я предлагаю свои услуги переводчика на выставках, мне часто отказывают в пользу стройных девочек с модельной внешностью, которые гораздо хуже знают язык»

Маша переводит с двух языков — английского и китайского. Списку Машиных грамот и благодарностей за волонтёрскую работу переводчика можно удивиться. Чемпионаты Европы по фигурному катанию и ушу, Национальная премия в области боевых искусств «Золотой пояс», выставки потребительских товаров, студенческие конференции, конференция по спинально-мышечной атрофии…

Переводчики нужны везде, и в этом списке не было бы ничего удивительного, если бы не одно обстоятельство – Маша передвигается на коляске.

«Инвалид детства»

Маша родилась в деревне Малая Иня под Минусинском, что в Красноярском крае. Точнее, в роддом рожать Машу мама поехала в соседнее село – население Малой Ини меньше ста человек и своей больницы там отродясь не было.

Неприятности начались ещё во время родов: врачебная ошибка – вывих бедра. Дальше — больше. Делать массаж младенцу домой ходила медсестра, и однажды мама поинтересовалась, почему после нехитрой манипуляции ребёнок заходится в плаче? «Всё так и должно быть», — сказала сестра. «Да у ребёнка колено вывернуто в другую сторону!» — сказали рентгенологи. В итоге девочка навсегда потеряла способность ходить.

Денег на генетические анализы в семье не было; в документах записали просто: «Инвалид детства».

За несколько лет до рождения Маши родители переехали в Красноярский край из Норильска. За Полярным кругом отец её делал невероятное – разводил свиней. Собирали просрочку из ресторанов, сами содержали и кормили стадо, обеспечивая город мясом.

Должно было хватить и на квартиру «на материке», и на машину. Но в 90-е годы деньги стремительно обесценились, и тогда отец сказал: «Едем в деревню, на земле не пропадём». Благодаря этому решению, младшая Маша родилась в Малой Ине.

А дальше началась обычная деревенская жизнь – несколько месяцев спали на полу, потому что вещи плыли с севера по Енисею. Отец работал в колхозе, где зарплату в 90-е платили кормами. Вставал в пять утра, ложился ближе к полуночи. В таком режиме Машины родители живут до сих пор, хотя сейчас обоим — за шестьдесят.

«Не ходите? Четырёх классов хватит!»

Первые несколько лет жизни Маша провела в комнате, даже в огород посидеть на стуле мама выносила её редко – ребёнок то и дело простужался, а перемещаться по дому самостоятельно мешал высокий порог.

С четырёх лет научилась читать, играла сама с собой в шахматы и в шашки, возилась с кошками, птичками, ящерицами, которых ей то и дело приносили. Редкие приезды бабушки и дедушки из соседнего села – в Сибири часто не наездишься – вот и все развлечения неходящего ребёнка.

«Старшая сестра в первые годы со мной возилась, но потом вышла замуж и зажила своей жизнью. Подругам средней сестры я была неинтересна.

Но вообще у меня было хорошее детство – меня же любили», — рассказывает Маша.

В школу девочка пошла только в восемь – раньше собрать все медицинские справки, добывая их в больнице соседнего села за сорок километров, а иногда и подальше, не получилось никак. Зато из первого класса, где ей быстро стало скучно, её перевели сразу в третий.

Обучение, конечно, было надомным – после уроков учителя по очереди ездили к девочке домой. И хотя в начале 2000-х семья переехала в квартиру в посёлке покрупнее, в какой-то момент за образование пришлось побороться.

Когда Маша была в четвёртом классе, местные чиновники, на попечении которых ребёнок-инвалид был один (!), решили, что идти в пятый ей…необязательно.

Дескать, читать-писать умеет – и хватит, куда ей больше-то. Хотя никакого диагноза, при котором было бы рекомендовано обучение по усечённой программе, в Машиных документах не значилось. Но родители проявили твёрдость и забирать документы дочери из школы не стали.

«Школу я окончила с медалью – по-моему, одна за всю её историю.

Со многими учителями мы общаемся до сих пор. А вот отсутствие одноклассников в привычном формате меня особо не печалило. Во-первых, я с детства привыкла общаться со взрослыми. Во-вторых, в посёлке Тесь малоиньских не любили и частенько бивали «за то, что вы деревенские». Моя сестра однажды пришла из школы с плачем: «Я больше туда не пойду», — и родители поехали разбираться. Было бы всё так успешно, будь обучение очным, — я не уверена».

«Не портите нам показатели!

С переездом в Тесь в Машиной жизни появилась коляска. По двухкомнатной квартире детская коляска, к счастью проходила свободно, так что девочка начала передвигаться по дому. Зато стало возможно ездить на учёбу.

Параллельно с одиннадцатым классом Маша уже училась в Минусинском колледже на учителя английского языка. Приняли девочку досрочно и по особой договорённости благодаря ходатайству её школьной учительницы.

На радостях Маша с головой погрузилась в студенческую жизнь со всеми её рефератами и конкурсами, а на следующий год вдобавок, к ужасу местного РОНО, объявила, что будет сдавать 5 ЕГЭ – два основных предмета, английский, информатику и, для интереса, «лишнюю», но такую любимую с детства биологию.

...


где взял
Tags: Инвалидность, судьбы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments